четверг, 28 июня 2012 г.

За полную и окончательную газификацию всей...

В деревню идет природный газ, сметая все на своем пути - дороги, деревья. Еще немного и начнет сметать дома. Понятно, у Газпрома газа много и его надо продавать, даже если покупатель не хочет покупать. Нет, за процветание "Зенита" я весьма признателен, а вот за снесенную под окном 25-летнюю рябину, надо бы по морде настучать. Зачем нанимать на работу варваров, которым "все по-хрен" (цитирую личность на снимке), так как у них есть разрешение.
Дороги в деревне за эту зиму, весну и лето достигли состояния хуже петрозаводских, т.е. полная ж... . А ведь процесс еще в самом начале. 

Жилкомпомойка

В мае-июне этого года организация "Жилком", тянущая с семьи по 612 рублей в месяц за ТО, аварийное обслуживание (организацию аварий) и вывоз бытовых отходов из деревни НВ, решила, что перетрудилась. Собаки и вороны перестали справляться с уничтожением отходов, на помощь им из соседней деревни были вызваны отряды специально обученных крыс и уличных тараканов, чума уже была на пороге дома.
Однако случилось чудо, природа которого мне пока неизвестна. Это хорошо, что чудеса есть. Однако, почему же мы жили в помойке целый месяц?

среда, 27 июня 2012 г.

Сказка, как преамбула к новому блогу


Деревня Старая Вилка была населена исключительно нечистой силой. И об этом почти всему губернскому начальству было ведомо. Когда именно было решено собрать нечисть в подстоличный резерват никто не помнил. Зато все удобства были налицо. Коли нужны услуги, то легко добраться и посулами али угрозами заставить сотворить некую пакость. А разбуянятся, то можно и подморозить деревню вместе с нечистью.
***
Мороз начал спадать, но небо было звездным, а настроение достаточно новогодним. Странный звук (или не звук) разбудил меня посреди ночи. Дочка уже стояла у окна. По дороге между гаражами и домом странно шаркая пробежал маленький человечек. Завернул во двор. Мы перебежали к кухонному окну. Во дворе человечек натолкнулся на нескольких пошатывающихся молодых людей, резко повернул назад и быстро исчез в бесфонарной тьме.
Стало интересно, и мы спустились во двор. Народ, пряча клыки, уже обсуждал событие. Похоже, поведение гостя не одобряли.
- Он, что, не местный?
- Чучлиха круг не замкнула, дура ….
- То ж летом было.
- Ну и шо, шож летом. Сработало.
- Смотри, профессор топает.
- Шли бы спать, профешшор. Шо ноги-то топтать?
Мы пошли по следам в обратную сторону. У огорода Старика вытянутые следы   начинались прямо из огромного сугроба. Было похоже что кто-то бежал в валенках в одном  месте, вдруг оказался в другом и продолжил бег.
***
Буббльгум, трижды сплюнула через плечо, приподняла коврик перед дверью и высыпала из тряпицы несколько монеток. Положила коврик на место. Это конечно был уже полный перебор. Сушеный мышиный помет, соль, бумажки с каракулями. Как дитя малое...
***
Старик, тяжело переставляя ноги и роняя землю с грязных сапог по всей лестничной клетке, что-то бормоча под нос, поднимался к себе. Иногда казалось, что только старик и занят важным делом в этом мире. Открыв дверь в квартиру, он первым делом повесил на гвоздь тяжелый и ржавый ключ, с которого капала какая-то вязкая едкая слегка дымящаяся зелень, уже прожегшая в старом линолеуме и половых досках изрядную дыру.

***
Взятку Деду было давать неудобно, а задобрить надо. Мужик обладал большой силой и здоровьем, имел свою жизненную философию, приспособленную к интересам его жены. На Новый год приходил с очередной внучкой в своем истинном облике и вел себя надуманно и пафосно, как, впрочем, и в обычные  дни. Тут подвернулся ремонт и почти все старые доски из нашей квартиры Дед забрал. Видно что-то строил. Может конюшню для оленей, или сани чинил.
***
Волки выли протяжно, холодно. Мы сидели, забившись в единственной согретой кухне. Девчонки завернулись в плед и смотрели на свечку. Рождество выдалось без тепла и воды, газа почти не было. Свет гас регулярно, да и напряжения не было. Полная изоляция. Никаких источников силы. Видно кто-то в деревне не угодил кому-то в городе. Кому-то большому.
*** 
Серебряные нити опутали непорочную серость, надоевшую этим промозглым летом. Облака начали таять вдоль нитей, голубые капли появились на них, постепенно превращаясь в лоскутья чистого неба. Жена опустила глаза.
- Устала?
- Так, чуть-чуть.
- Дня на два?
- Может и на три.
- Леший с грибами идет. Открыть ему?
- Лисички. Белых десяток. Открой.